Биография

Князь Николай Дмитриевич Долгоруков – краевед, просветитель, меценат.

Афонина Н.М.,
библиотекарь
МБУК НГЦБС, краевед

Я хочу познакомить Вас с человеком, которого назвали почетным гражданином Новозыбкова еще в конце XIX века. Одна из центральных улиц города носила его имя, в построенной им гимназии и сегодня учатся дети.
В ноябре 1999 года газета «Маяк» опубликовала заметку «Николай Дмитриевич Долгоруков», автором которой был местный краевед Анатолий Ильич Поддубный, человек, опирающийся в своих изысканиях  только на документы.   Статья явилась для меня первым источником знаний о князе Николае Дмитриевиче.
Через полгода  Анатолий Ильич напечатал в «Маяке» статью из газеты
«Киевское слово» за 1890 год о том, как Новозыбковская женская гимназия «торжественно праздновала день освящения  своего собственного здания, воздвигнутого на капитал, пожертвованный князем Николаем Дмитриевичем и княгинею Марией Павловной Долгоруковыми в память их усопшей дочери – младенца Елены».  Анатолий Ильич бывает в городской библиотеке довольно часто (хотя проживает в Вышкове). Мы попросили его поделиться материалами о князе Николае Дмитриевиче. Анатолий Ильич принес и подарил городской библиотеке две копии книг-биографий князя, изданных в 1899 и 1903 годах в Чернигове и Стародубе соответственно. Мое сообщение опирается на эти издания.
Использовала я при подготовке и биографические словари, российскую энциклопедию, книги по русской истории и культуре, воспоминания современников князя, материалы журнала «Родина», книги о знаменитых полководцах и русских святых.
Князь Николай Дмитриевич Долгоруков происходил из  дворянской семьи, восходящей к Рюриковичам, а именно к святому князю Михаилу Черниговскому, который был зверски убит в 1245 году по приказу монголо-татарского хана Батыя в его ставке за отказ исполнить обряд поклонения языческим богам. Слова Михаила Черниговского, сказанные им в ответ на слезную просьбу сопровождавших его бояр исполнить повеление Батыево, сохранила для нас летопись: «Не хочу только именем христиан называться, а дела поганых творити…»
Сказание об убиение в Орде князя Михаила Черниговского
…Тогда волхвы, оставив Ми­хаила и Феодора на том месте, куда привели их, пошли и сказали царю: «Михаил повеления твоего, царь, не слушает: через огонь не идет и Богам твоим не кланяется, говорит, что не подобает христианам проходить через огонь и поклоняться ничему сотворенному, солнцу и идолам, а следует покло­няться только создавшему все это — Отцу и Сыну и Свято­му Духу».
«Так и передай Михаилу: … Теперь одно из двух выбирай: или богам моим поклонишься и тогда останешься жив и полу­чишь княжение, или же, если не поклонишься богам моим, то злой смертью умрешь»…
И так, восхваляя бога, пострадали и предали святые свои ду­ши в руки Божий оба новосвя­тых мучеников. Святые же тела их повержены были псам на съедение. И много дней лежали, однако Божиею благодатью ос­тавались невредимыми.
Человеколюбивый же Господь, милосердный Бог наш, прославляя своих святых угодников, по­страдавших за Него и за право-славную веру, явил столп огненный от земли до небес над телами их, сияющий пресветлыми лучами на утверждение христиан, и на устрашение пога­ных, и на обличение тех, кто оставил бога и поклоняется со­творенному человеком. Святые же и честные тела их некими богобоязненными христианами сохранены были.
Случилось же убиение их в год 6753 (1245. — Ред.), месяц  сентября в двадцатый день. Их же молитвами достойны все бу­дем обрести милость и отпуще­ние грехов от господа Иисуса Христа в этой жизни и в буду­щей, прославляя вкупе Отца и Сына и Святого Духа, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
Родоначальник династии – князь Иван Андреевич Оболенский, получивший за свою мстительность прозвище Долгорукой. Из рода князей Долгоруковых вышли видные государственные деятели, полководцы  и литераторы.
Щит четырехчастный. В правой верхней части герб великого княжества Черниговского: в золотом поле черный одноглавый коронованный орел с распростертыми крыльями, держащий в левой лапе большой золотой крест, вправо наклоненный; в левой верхней части герб великого княжества Киевского: в червленом поле стоящий ангел в сребротканой одежде, держащий в правой руке серебряный вверх поднятый меч, а в левой – золотой щит; в правой нижней части в черном поле выходящая из белого облака рука, облаченная в латы, стрелу держащая; в нижней левой части – в голубом поле серебряная крепость. Щит покрыт княжескою мантией и увенчан российско-княжеской шапкою.
От внуков родоначальника, князей Семена, Федора Большого, Тимофея и Михаила Птицы Владимировичей пошли четыре отдельные ветви рода. Князь Николай Дмитриевич принадлежал третьей ветви.
В первом томе книги «Дворянские роды Российской империи», откуда взята эта таблица, кроме нее даются краткие биографические сведения о самых известных представителях рода. Оказалось, что там есть сведения о каждом из прямых предков князя Николая Дмитриевича. Я скажу несколько слов о прадедушке князя Василии Михайловиче Долгорукове-Крымском. Это знаменитый полководец, участник многочисленных сражений, присоединивший Крым к Российской Империи, удостоенный за свои подвиги орденов святого Георгия I-й степени,  святого Андрея Первозванного, шпаги с алмазами, титула Крымский и звание генерал-аншефа.
Последним местом его служения Отчизне была Москва. Князь Василий Михайлович жил  в своем особняке (ул. Дмитровка, 1\6). После смерти князя в 1784 году дом Долгорукова-Крымского был куплен у его сына Московским благородным обществом для клуба Дворянского собрания. В 1919 году здание было передано профсоюзам.
Статья о  князе  Долгорукове-Крымском в книге И. Лубченкова «Самые знаменитые полководцы России» заканчивается так:
«Вновь служба позвала его в апреле 1780 года — он был назначен главнокомандующим в Москве, то есть фактическим генерал-губернатором второй столицы. На этом посту он заслужил всеобщую любовь своей добротой, доступностью, щедростью, широким гостеприимством и бескорыстием. Осуществляя верховное управление в Москве, В.М. Долгоруков-Крымский искренне заботился о порядке и справедливости, не доверяясь законам, творил суд по своему разумению, полагаясь на собственный здравый смысл и жизненный опыт.
Он пробыл на этом посту недолго и скончался в 1782 году, шестидесяти лет от роду. После его смерти появилась эпитафия поэта Ю.А. Нелединского-Мелецкого:
Прохожий, не дивись, что пышный мавзолей
Не зришь над прахом ты его;
Бывают оною покрыты и злодеи;
Для добродетели нет славы от того!
Пусть гордость тленная гробницы созидает -
По Долгорукове ж Москва рыдает.
Похоронили князя Василия Михайловича  в фамильной  усыпальнице  у храма Трех Святителей в его любимом подмосковном имении Полуэктово-Волынщина.
Через 117 лет сюда привезут прах князя Николая Дмитриевича. Он станет последним из Долгоруковых, нашедших здесь последнее упокоение – рядом со своими родителями и рано умершей дочерью. Последним законным владельцем имения будет младший брат князя – Петр Дмитриевич.
Практически во всех энциклопедических изданиях, от классического  словаря Брокгауза и Ефрона  до современных Всемирного энциклопедического словаря «Биографии» и энциклопедического словаря «Политические партии России», имеются довольно обширные статьи о родных младших братьях-близнецах князя Николая Дмитриевича: князьях Петре и Павле Дмитриевичах. Они были видными государственными и земскими деятелями, особенно волновал их вопрос образования и просвещения народа русского. Князь Петр Дмитриевич был товарищем председателя 1-й Государственной Думы, князь Павел Дмитриевич – членом 2-й Государственной Думы. После революции братья эмигрировали из России. Князь Петр Дмитриевич умер в 1945 году, князь Павел Дмитриевич  был расстрелян как контрреволюционер в 1927 году в России, где оказался нелегально – он никак не мог смириться с потерей Родины.
По свидетельству доктора медицины М.И. Козинцева, первого биографа князя Николая Дмитриевича, и тот  «любил все русское, особенно – русский народ». Он живо интересовался  историей русского раскола, собирал старинные книги, иконы. Их было много в новозыбковском уезде, куда судьба забросила князя после окончания московского университета.
О богатстве, объеме, значимости  краеведческого материала, собранного  князем Долгоруковым в нашем крае судить очень трудно: все имущество из княжеского дома в 20-е годы было разграблено. По свидетельству очевидцев во дворе его особняка несколько дней жгли костры из книг и икон.
Зная, что князь живо интересовался старообрядчеством,  можно предположить, что в его коллекции могли быть уникальные старинные иконы.  Конечно же, князь Долгоруков бывал у графа  Румянцева-Задунайского в Гомеле, а предок последнего  генерал-фельдмаршал граф П. А. Румянцев-Задунайский, как известно,  принимал живое и активное участие в судьбе местных староверов. Он был хорошо знаком со злынковским иноком Никодимом, с которым они вместе писали прошение Екатерине II о позволении старообрядцам служить по старым книгам, старым чином, но под началом православного епископа.  Известно, что у князя Долгорукова была «Отдаточная книга Чолховской волости» 1771 года, владельцем которой был в свое время генерал-фельдмаршал, граф Румянцев-Задунайский. Книга та содержала описание многих селений новозыбковского края. (Из материала А.И.Поддубного)
Возможно, в библиотеке князя были и другие старинные рукописные книги. Но только об одной, случайно сохранившейся, известно документально.
В статье «Новозыбков. Долгоруковский особняк» корреспондент газеты «Маяк» А. Вольный в 1996 году писал:
«К этому времени (конец 30-х годов) Долгоруковский особняк был уже известен далеко за пределами Новозыбкова. А связано это было с обнаружением в его подвале уникальной рукописи «Достоверные повествования и речи Петра Великого»».
Осенью 1934 года работник местной городской библиотеки  Александр Гостев в подвале княжеского особняка среди сваленных в беспорядке бумаг и мусора обнаружил рукопись XVIII века. Достаточно грамотный, увлекающийся историей библиотекарь оперативно выяснил, что автор ее – Андрей Нартов(1693-1756) – русский механик и изобретатель, который служил под началом Петра I и был весьма уважаем им. Гостев сообщил о находке в редакцию местной газеты  «Ударник». Оттуда информацию передали в Москву, в редакцию «Литературной газеты». Она была тут же опубликована.
Газетная публикация стала известна А. Н. Толстому, будущему автору романа «Петр I». Он обратился к новозыбковским журналистам с предложением оказать содействие, а если потребуется, то принять личное активное участие в переиздании труда Андрея Нартова.
Вскоре рукопись была вручена А. Н. Толстому, жившему тогда в Пушкине под Ленинградом. По причинам, известным лишь самому писателю, он не смог переиздать рукопись. Зато был написан его знаменитый, к сожалению, незавершенный роман. Кто знает, если бы роман был окончен, возможно, в предисловии к нему Алексей Николаевич и рассказал бы о новозыбковской находке.
Усилиями князя в конце 90-х годов XIX века была создана Черниговская губернская архивная комиссия, которая занималась сбором и публикацией исторических документов по родиноведению – так в ту пору называлось краеведение.
Краеведческим памятником князю Н.Д. Долгорукову стали опубликованные в разные годы «Труды Черниговской архивной комиссии», где имеются интересные сведения о прошлом нынешней западной Брянщины» (А.И.Подубный. Князь Н.Д.Долгоруков – новозыбковский  добродей).
Князь Николай Дмитриевич принадлежал к одной из самых знатных  и богатых фамилий своего времени. Вероятно, он немало помогал храмам и монастырям новозыбковского благочиния, о чем свидетельствует предлагаемое Вашему вниманию поздравление игуменьи Малиноостровского монастыря Еликониды:
Ваша светлость, Светлейший князь Николай Дмитриевич!
С днем Ангела Вашего имею долг поздравить Вас, молитвенно желаю Вам и Светлейшей Княгине сей радостный день провести в добром здравии, семейной радости и благополучии, а равно и многих дождать в будущем.

С глубочайшим Высокопочтением Вашей Светлости
смиренная  богомолица и нижайшая послушница
Игуменья Еликонида, 6 Декабря 1894 года
Государственный архив Брянской
области фонд 424, оп. 1, д. 11, л. 16

Детские годы князя прошли в Москве, о чем рассказывает П.Н. Милюков – видный историк, создатель и глава партии кадетов. В своих «Воспоминаниях» он пишет: «Мы заседали в громадном доме князя Павла Дмитриевича Долгорукова, среди запущенного сада в  Знаменском переулке, – в том самом доме, где когда-то мы с покойным старшим братом хозяина Николаем готовились к  гимназическим экзаменам.» (Т.I, стр.301)
М.И.Козинцев пишет: «В Москве, на Волхонке в глубине площадки, заросшей теперь сквером, стоит прекрасный старинный дом князей Долгоруковых. В доме этом в дни детства и юношества князя Николая Дмитриевича проживала его мать, которую он всегда вспоминал со священным благоговением». (Князь Николай Дмитриевич Долгоруков, материалы  для биографии, стр.14). Исходя из карты Москвы, описания  дома Долгоруковых, сделанного Еленой Семлер-Болдыревой в книге «Москва обретенная» (стр.45) можно придти к выводу, что Милюков точнее в определении адреса родового гнезда Николая Дмитриевича, а ошибка Козинцева связана с тем, что улица Волхонка находится рядом с Долгоруковским дворцом.
Учился он в первой московской гимназии. Одноклассником князя Николая Дмитриевича был П. Н. Милюков. Еще один  отрывок из его «Воспоминаний»:
«Назову, прежде всего, князя Николая Дмитриевича Долгорукова, внесшего в кружок свою особенную струю идей и настроений. Самое пребывание Долгорукова, а потом и его младших братьев, в гимназии, было своего рода исключением. Их мать, игравшая главную роль в семье, считала, что общение с более демократической молодежью, уже начиная со школы, совершенно необходимо в виду общего настроения эпохи. Кажется, не без сопротивления она отдала старшего сына в старшие классы гимназии. Николай Дмитриевич отличался общительностью, мягкостью и ровностью характера. Класс его принял как своего, и мы, более близкие друзья, искренно к нему привязались. Его взгляды, как и наши, еще не определились, но скоро стала заметна их общая славянофильская складка, наложившая на кружок особый оттенок. Сам он, впрочем, не поднимал вопросов и не читал докладов, но активно участвовал в прениях». (П.Н. Милюков. Воспоминания. Т.I, стр. 85).
Действительно, обучение в рядовой московской гимназии было необычно для князя. Как следует из «Воспоминаний», князь появился там только в старших классах, скорее всего, действительно по воле матери. О ней известно довольно мало, но значительно: происходила из рода графов Орловых-Давыдовых, имела широкие знакомства в литературных и художественных кругах, занималась живописью, писала стихи, поддерживала близкие отношения с семействами Самариных, И. С. Аксакова. Это не могло не оказать влияния на ее детей.
По окончании гимназии князь Николай Дмитриевич поступил на историко-филологический факультет Московского университета, где и увлекся изучением русской старины, а в частности – старообрядчества. Вскоре после окончания университета он женился на княжне Марии Павловне Голициной и неожиданно для многих поселился в глуши – в имении жены Великая  Топаль Новозыбковского уезда Черниговской губернии.
«С 1887 по 1896 год князь Николай Дмитриевич занимал должность Новозыбковского уездного предводителя дворянства. В этом почетном звании он не замыкался в узкую сферу сословных интересов и являлся благородным представителем всех сословий, всех граждан уезда», – отмечал М.И.Козинцев. «В качестве уездного и губернского земского гласного и председателя земских собраний, он оказал неоценимые услуги земству. … До него расходы на образование и здравоохранение считались в земстве необязательными. Князь Николай Дмитриевич  добился, чтобы они стали не только обязательными, но и главными. Он сумел убедить земство, что успешный рост благосостояния страны и спасение ее от невзгод лежит через народное образование, поэтому число школ в уезде должно соответствовать числу детей  школьного возраста, проживающих в нем.
Земская школа была любимым его детищем, народный учитель был дорогим гостем за его княжеским столом. Он с любовью устраивал курсы для учителей  земских школ, сам часто посещал их, проверяя компетентность руководителей  занятий. Его любовь к народной школе вытекала из ясного сознания, что для улучшения материального и нравственного состояния крестьянина, которого князь так любил и жалел, ему необходимо просвещение и просвещение. «Я искренне люблю нашего крестьянина, нашего вековечного труженика. Да и могу ли я поступать иначе при сознании, что я кормлюсь от той же земли, которую в поте лица своего обрабатывает крестьянин. Любя его, я не закрываю глаза  на его недостатки; я знаю его грехи, но при этом всегда помню, что если крестьянин наш беден достатком, то богат темнотой и невежеством. А потому считаю своим святым долгом, как и долгом всех, поставленных в лучшие условия жизни, по мере сил своих работать на крестьянина, стремиться к улучшению его быта. Эта обязанность лежит на всех нас, равно на волостном старшине, как и на губернском предводителе и большой грех возьмём мы себе на душу, если не будем свято исполнять её. Поднесённая вами икона будет всегда напоминать мне об этом долге, и помогать выполнять его» – такие слова сказал князь волостным старшинам, преподнесшим ему икону Николая Угодника – небесного покровителя князя, при переходе его из уездных в губернские предводители дворянства.
Эта речь удивительна по своему такту от первого до последнего слова. Так редко кто умеет говорить с крестьянином и  о крестьянине. В ней нет фальшивой слащавости, идеализации крестьянства, нет самоуничтожения «кающегося дворянина» – она полна правды и достоинства». (Князь Николай Дмитриевич  Долгоруков.  Материалы для биографии).
Число учащихся земских школ за 9 лет предводительства Николая Дмитриевича в Новозыбковском уезде возросло в 3,7 раза, уезд  по числу школ и обстановке в них в короткое время сделался одним из первых в губернии.
С переходом князя на службу губернскому дворянству в качестве его предводителя он стал принимать деятельное участие в руководстве земскими школами всей губернии:  в 1896 году князя Долгорукова избрали членом, а затем председателем постоянной комиссии губернского земства по народному образованию и председателем губернского училищного совета.
За счет личных средств князя построены здания ремесленного цеха, больницы, сельской школы в Великой Топали, новозыбковской и черниговской  женских гимназий. Первые две полностью были построены за счет князя (10 и 35 тысяч рублей), последняя реконструирована на его деньги (35 тысяч рублей). Новозыбковской женской гимназии при ее открытии была торжественно вручена большая икона (святые царица Елена и Митрополит Макарий), ныне находящаяся в нозыбковском храме в честь чуда Архистратига Михаила в Хонех.
Заботами князя  в 1892 году  создано Новозыбковское сельскохозяйственное училище, которое впоследствии стало сельскохозяйственным техникумом.
В Семеновке на средства князя была открыта и функционировала бесплатная  народная библиотека. Князь Николай Дмитриевич был почетным попечителем Новозыбковского реального училища, председателем попечительского совета Новозыбковской женской гимназии.
Волновался князь и о получении молодыми людьми высшего и среднего образования. «Всегда строгий к самому себе, всегда скромный,  он любил оставаться в тени и много его добрых дел известны только тем, кто пользовался его помощью и его советами. Он глубоко сочувствовал  всем честным стремлениям нашей молодежи и с врожденной чуткостью и деликатностью всегда приходил на помощь желавшим получить высшее образование. Будучи сам широко образован, князь преклонялся перед наукой и твердо верил, что распространение ее избавит нас от многих общественных и социальных зол. Николай Дмитриевич прекрасно знал нужды учащейся молодежи, всегда интересовался ее  жизнью и всегда с сердечной готовностью приходил к нам на помощь. Это был человек, к голосу которого мы всегда прислушивались с истинным и глубоким уважением, как к голосу деятеля, всю жизнь свою стоявшего за истину и справедливость, столь дорогую юным,  отзывчивым сердцам. Память о нем  остановит нас перед злом и удержит от порока» (Из речи на смерть князя Н.Д.Долгорукова, произнесенной от имени черниговских студентов  их представителем Русовым).
Несмотря на свое высокое происхождение и служебное положение, князь Долгоруков очаровывал всех своей простотой и приветливостью. Его доброта  и готовность помочь каждому, чем только можно было, были всем известны. К нему смело шли со своим горем, нуждой, просьбой и каждому он помогал, чем только мог: материально, советом, ходатайством.
«Свои обширные материальные средства князь щедро расходовал на дела благотворения, и немало бедняков в Черниговской губернии были им утешены в их испытаниях, скорби или тяжелой нужде. Одинаково отзывчивый к просьбам лиц всех полов,  возрастов и положений, относившийся к их горю с одинаковой степенью внимания и сочувствия, выраженных мягко и ласково, умевший уравновешенными советами вызвать в людях надежду на лучшее будущее, он указаниями своими и помощью на деле давал возможность осуществления этих  надежд. Аристократ по рождению, счастливо одаренный как умственными и нравственными, так и внешними качествами, производивший на всех чарующее впечатление не только своею мужественною красотою, но и своею мягкостью в обращении, приветливостью, неизменно добродушным юмором, совершенно чуждый надменности и пустого тщеславия, необыкновенно доступный и в тоже время осознающий высоту своего положения, гордый, твердый и независимый там, где дело шло о чести и о служебном долге, – князь Николай Дмитриевич был поистине тем, кого можно назвать идеалом предводителя дворянства, подобного которому не было да и вряд ли когда будет. Это был человек, громкие и высокие титулы которого не могли затмить в его жизни еще более почетного титула, с которым он сошел в могилу – человек..» (Из речи на смерть князя  Николая Дмитриевича Долгорукова, управляющего казенной палатой г.Чернигова А.Н. Рождественского).

41 / 0,441 / 30.64mb